Что такое ересь и еретики в христианстве?

Само слово «ересь» в переводе с древнегреческого языка означает «выбор» или «направление». Говорить о ереси можно, если человек или группа людей сознательно, убежденно искажают христианское вероучение.

Дело в том, что ошибки в понимании или незнание определенных аспектов христианского вероучения могут быть у многих людей. Не всем дано быть Афанасиями Великими и Григориями Богословами. Для большинства людей христианское вероучение (в том виде, например, в котором оно преподается в семинариях, а уж тем паче в академиях) – это «темный лес». Обычный человек знает о Боге-Троице, об аде и рае, о грехе и покаянии. В сущности, этих знаний ему достаточно, чтобы спастись. 

Однако человеческая мысль никогда не стояла на месте.

Откуда взялось слово «ересь» и что оно значит на самом деле

Слово «ересь» пришло из греческого языка и изначально означало вовсе не брань, а «выбор», «предпочтение». В античном мире так называли философскую школу, направление, которое человек выбирал для себя сознательно. Но в христианстве смысл сместился: речь уже не о выборе между равными мнениями, а о попытке взять часть истины и выдать её за целое. Ересь — это не просто ошибка по незнанию, а упорное учение, которое искажает суть веры и при этом претендует на право называться христианским.

Рекомендуем иконы

Ручная работа на натуральной сосне класса АА • доставка по всей России

По теме статьи

Святитель Григорий Богослов

18x24x3 см • сосна АА

1 540 ₽

Подробнее

По теме статьи

Апостол Иоанн Богослов Евангелист

15x20x3 см • сосна АА

1 540 ₽

Подробнее

По теме статьи

Евангелист Иоанн Богослов

15x20x1,8 см • сосна АА

3 400 ₽

Подробнее

Первые века Церкви дали множество таких примеров: одни отрицали полноту Божества Христа, другие — реальность Его человечества, третьи учили, что мир создан злым началом. Именно в спорах с этими течениями рождались Символ веры и соборные определения. Поэтому ересь в истории — не досадная помеха, а тот вызов, который заставил Церковь ясно и точно сформулировать то, во что она верит. Граница проходила не по мелочам, а по сердцевине: кто такой Христос и как человек спасается.

Важно различать ересь и личное непонимание. Человек может путаться, сомневаться, чего-то не знать — это не делает его еретиком. Еретиком в строгом смысле становится тот, кто сознательно и настойчиво держится искажения, зная о вере Церкви, и распространяет его как истину. Именно поэтому отцы Церкви так настойчиво говорили: опасна не слабость ума, а упрямство воли, выбравшей своё вместо общего.

Кому и в каких случаях вообще стоит об этом думать

Первое, что стоит сказать честно: искать ереси вокруг себя — плохая привычка. Человек, который каждый день подозревает всех в отступничестве, быстро теряет и мир в душе, и любовь к людям. Знание о ересях нужно не для того, чтобы раздавать ярлыки, а для того, чтобы самому не сбиться с пути и не принять за христианство что-то, что лишь похоже на него по словам, но пусто по сути. Это инструмент самопроверки, а не оружие против ближнего.

Думать об этом уместно, когда вы читаете духовную литературу и встречаете мысли, которые прямо расходятся с тем, что Церковь исповедует в Символе веры. Полезно насторожиться, если где-то утверждают, что Христос не Бог или не человек, что зло равно Богу, что спасает только знание или только обряд, что тело и материя — нечто презренное. Такие идеи не новы: они возвращаются под разными именами и в наши дни, часто в привлекательной упаковке.

Отдельный случай — разговор с человеком, который искренне заблуждается. Здесь важно не «победить в споре», а понять, что он на самом деле ищет. Если человек ищет Бога, но запутался, ему нужна не анафема, а терпение и ясное слово. Резкая правота без любви почти никогда не помогает, а часто отталкивает. Ересь побеждается не громкостью, а верностью и молитвой.

Как отличить живой спор от разрушающего разделения

Спор о вере сам по себе не грех: отцы веками уточняли формулировки, и это помогало Церкви. Опасность начинается, когда вместо вопроса рождается ярлык, а вместо диалога — желание победить любой ценой. Трезвый признак здорового обсуждения — готовность слышать, проверять себя и не превращать частное мнение в догмат. Если разговор питается раздражением и желанием унизить, лучше остановиться и помолиться, чем продолжать.

Как держаться веры practically: несколько трезвых ориентиров

Самый надёжный способ не уйти в сторону — держаться общего, а не частного. Символ веры, соборные определения, согласие отцов Церкви — это не бюрократия, а накопленный опыт тех, кто уже прошёл этот путь. Когда возникает сомнительная идея, полезно спросить: а как об этом говорили христиане задолго до меня? Если мысль требует выбросить половину церковного предания, чтобы выжить, скорее всего, дело не в предании.

Второе — не строить веру на одном источнике, будь то популярная книга, ролик или харизматичный проповедник. Полезно читать Евангелие целиком, а не отдельными фразами, вырванными из контекста. Именно вырванная цитата чаще всего становится дверью для искажения. И третье: если чувствуете, что запутались, не стесняйтесь задать вопрос священнику, которому доверяете. Это не признак слабости, а признак трезвости.

И последнее. Борьба с ересью начинается не с чужих взглядов, а со своего сердца. Гораздо важнее не то, сколько заблуждений я могу перечислить, а то, насколько моя вера живая, смиренная и соединённая с делами. Человек, который любит Христа и старается жить по Евангелию, обычно чует фальшь раньше, чем успевает её логически разобрать. Верность в малом — лучшая защита от больших искажений.

В том числе философской (и научной) рефлексии подвергалось христианское учение, причем с самого момента его зарождения. И, естественно, что отдельные аспекты вероучения подвергались самой строгой экспертизе. Более того, для того, чтобы сформулировать даже текст Символа веры (всего на полстранички современной книжки) понадобилось 2 Вселенских церковных собора и 70 лет упорных богословских дискуссий и противостояний. 

Кстати, необходимо сказать, что большинство ересей и возникло как раз в первые времена христианства, когда эти вопросы обсуждались особенно активно. Сегодняшние ереси – это в большей степени отголоски тех, которые были когда-то раньше (новое в богословии выдумать крайне сложно).

Важно, что ересь – это именно упорное стояние в своем мнении, отличном от учения Церкви. Если же человек, после дискуссий, аргументированных споров, это мнение изменит, то это уже будет не ересь, а просто преодоленная ошибка.

Соответственно, еретик – это человек, придерживающийся ереси. Отношение к еретикам у Церкви было разным в разные эпохи (это вопрос скорее исторический, чем собственно богословский), однако однозначно можно утверждать, что Церковь не признает спасение души еретика, если он не примириться с Церковью, не изменит свои взгляды.

Из последних самых известных еретиков (не берем, конечно, мелких сектантов, возникших на постсоветском пространстве в 90-е годы – их было множество, но они быстро исчезли, и сама память о них исчезла) наиболее внушительно выглядит, наверное, Лев Николаевич Толстой. Он действительно создал учение, отличное от учения Православной Церкви, и придерживался его до конца своих дней. Впрочем, о взаимоотношениях Толстого и Церкви написаны тома, это отдельный, очень интересный и поучительный разговор.